Умная девушка

В давние-давние времена жил князь с тремя сыновьями. Од­нажды он заболел и слег в постель. Когда настал час его смерти, он призвал сыновей и сказал:

—   Я    зарыл    в   землю   жемчуг, после моей смерти пойдите и раскопайте   землю,   возьмите   жемчуг и разделите его между собой.

Он указал им место, где зарыт жемчуг.

Отец умер, сыновья его похоронили. Только люди разошлись с похорон, младший брат тайком от старших раскопал клад и спрятал жемчуг в другом месте.

Через некоторое время решили они втроем вырыть клад. При­шли, а клада не оказалось. Земля была кем-то уже раскопана.

—   Отец    перед    смертью   рассказал   о   кладе только нам. И только один из нас похитил его. Никто другой не мог этого сде­лать, — сказал старший брат.

Но никто из братьев не признавался, и тогда старший брат сказал:

—   Мы    поступим    так:   в   соседнем   селе есть один мудрый князь. Отец довольно часто обращался к нему с вопросами. С нашим делом мы тоже пойдем к нему.

Братья согласились и пошли к князю. Старший брат сказал:

—   Но этой дороге прошла лошадь, слепая на один глав.

—  С одной стороны у нее стекал мед, а с другой — масло, — » сказал средний брат.

—  Это  была  жеребая  кобыла, — сказал  младший  брат.

Шли они, шли и пришли в селение князя. Село было боль­шое — девять тысяч домов. Князь их встретил, поздоровался и ввел в дом. Сели они и, объяснив причину своего прихода, сказали:

—- В твое село пришла слепая на один глаз лошадь; с одной стороны у нее стекал мед, а с другой — масло. Это была кобы­ла, и она должна принести жеребенка.

Удивился князь этим словам. Когда он спросил своих людей, то ему сказали, что, действительно, такая лошадь есть в их се­ле. Князь купил эту лошадь. Она была слепа на один глаз, с од­ной стороны у нее стекал мед, с другой — масло. Это была ко­была, и она была жеребой.

Когда князь убедился во всем этом, он подумал: «Как могли такие мудрые братья прийти ко мне с каким-то спорным вопро­сом! Если я не сумею рассудить их дело, слава моя будет поко­леблена ».

Все домочадцы князя заметили, что он расстроен. Князь ве-лел привести для гостей барана из отары. Быстро зарезали ба-рана} приготовили и подали гостям на стол. Когда гости поели, в комнате никого не было. Люди князя стояли за дверью и прислушивались. Перед едой старший брат сказал двум млад­шим:

— Наш князь — хороший хозяин, только рожден он от раба.

—  Галушки     припахивают    человеческой    кровью, — сказал средний.

—  А мясо отдает псиной, — сказал самый младший.

После этого разговора они принялись за еду. Подслушанный разговор сразу же передали князю. Он принудил мать признать­ся во всем.

—  Наши   гости   говорят,   что   я рожден от раба, правда ли это? —  спросил он ее.

—  Если хочешь гнать правду, — сказала мать, — мой муж но имел детей, поэтому он позволил мне сблизиться с рабом, кото­рый нам прислуживал. Ты рожден от этого раба.

Убедившись в правдивости слов старшего брата, князь от­правился к жене и спросил ее:

—  Наши гости говорят, что галушки припахивают человеческой кровью. Ты знаешь об этом что-нибудь?

—  Они говорят правду, — сказала жена. — Когда я замешива­ла тесто, то порезала палец и несколько капель крови попало в тесто.

Князь убедился, что слова второго брата оказались правди­выми. Он вызвал пастуха и спросил:

—  Наши    гости говорят, что зарезанный баран отдает пси-ной. Что ты знаешь об этом?

—  Правду они  говорят, — сказал  пастух. — Когда  мать этого барана должна была окотиться, я видел ее случку с кобелем. На­верно, поэтому баран отдает псиной.

Князь еще больше растерялся, не зная, как он сможет по­мочь таким мудрым людям разрешить спорный вопрос.

У князя была красивая дочь. Она была настолько красива, что сияние ее красоты затмевало сияние солнца. Ей никогда не позволяли встречать и провожать гостей.

Заметив растерянность отца,-она сказала:

—  Если    бы    ты    позволил,   я   бы поприветствовала наших гостей.

—  Разрешаю, приветствуй, — сказал отец. Зашла дочь к гостям и приветствовала их:

—  Как поживаете, как оказались у нас?

—  Мы пришли к князю рассказать о нашей пропаже и   уз­нать правду, — ответили братья.

—  Хоть я и не встречала вас, но слышала все, о чем вы го­ворили. Как вы узнали, что лошадь слепа   на   один   глаз,   что с одной стороны у нее стекал мед, а с другой — масло, что она кобыла и принесет жеребенка? — спросила дочь князя у братьев.

—  На всем пути эта лошадь ела траву по одной стороне до­роги, поэтому я догадался, что она слепа на один глаз, — сказал старший брат.

— Я узнал, что с одной стороны у нее тек мед, а с другой масло потому, что на протяжении всего пути на одну сторону дороги садились пчелы, а па другую — черные мухи, — сказал средний брат.

—  Когда поступь передних ног кобылы тяжелее 8адпих, зна­чит, она жеребая. Вот почему я узнал, что она принесет жере­бенка, — сказал младший брат.

—   Как вы узнали, что мой отец рожден от раба? — спросила девушка.

—   Когда он приветствовал нас, то был без пояса и ворот ру­башки был расстегнут. Поэтому я догадался, что он рожден от раба, — сказал старший брат.

—   Как  вы  узнали,  что  галушки  припахивают человеческой кровью? — спросила девушка.

—  У меня сильно развито обоняние, галушки пахли челове­ческой кровью, — сказал средний брат.

—  Почему вы решили, что мясо отдает псиной? — спросила девушка.

—  Только   в   собачьем бульоне жир бывает снизу, а бульон сверху. По этому признаку я узнал, что мясо отдает псиной, — от­ветил младший брат.

—  И у меня есть кое-что  вам рассказать и спросить, — сказала дочь князя, когда получила ответы на свои вопросы.

Убедившись, что гости готовы ее слушать, она начала свой рассказ:   «На  краю  этого  села,  насчитывающего  девять  тысяч домов, жил один человек, из бедняков. Я и он любили друг друга. «Я выйду только за тебя и ни за кого другого», — говорила я,

«Если ты выйдешь за меня, то я ни на ком другом не женюсь» , — отвечал он.

Такие клятвы мы давали друг другу.

После этого к моему отцу приехал сватать меня за своего сына некий князь. Сватовство и свадьба были совершены в один день, и отец выдал меня за сына того князя.

На третью ночь в мою комнату вошел сын князя. Увидя мое печальное лицо, он спросил меня;

—  Что в душе твоей?  Какое горе заставляет тебя плакать? Трижды он спросил меня об этом, и я ему обо всем расска-

зала.

—  Я плачу не потому, что мне не люб ты и твой дом, а по-тому, что я нарушила  данную  мной  клятву, — сказала  я.

—  Даю  тебе  разрешение, — сказал  мне тогда  мой  муж,  сын князя, — чтобы не  нарушать твоей  клятвы,  сходи  к  этому  бед­няку и переночуй с ним, а чуть свет вернешься ко мне.

1