Два друга

В давние времена жили два друга — Байбур и Гамбур. Между их жильем было расстояние, которое можно было одолеть лишь за три месяца. На старости лет, чтобы узнать о здоровье друг друга, они пускали стрелы в стену.

Однажды Байбур затосковал по своему другу и пустил в сте­лу две стрелы.

«Если Гамбур жив и здоров, на стене выступит капля молока. Если же он занемог, на стене выступят три капли крови», — по­думал он.

На стене выступили три капли крови. Желая помочь своему другу, Байбур с железной кровати перешел на деревянную.  В дом пошел старший сын Байбура и спросил отца:

—  Дада, ведь неудобно перед людьми, если ты будешь лежать па деревянной кровати! Что случилось? Расскажи о своем горе.

—  Мой друг Гамбур занемог. Разделяя его горе, я перешел на деревянную кровать, — сказал отец.

—  По   своему   желанию   перейдешь   на   железную, — сказал старший сын и вышел.

Вошел средний сын и спросил о том же, о чем старший.

—  Пошел вон! — закричал отец. Но средний сын настаивал:

—  Расскажи о своем горе. Нехорошо, что ты лежишь на дере­вянной кровати.

Отец рассказал ему о своем горе, и средний сын ответил так же, как и старший:

—  Па своему желанию перейдешь на железную кровать.

Вошел младший сын и задал тот же вопрос, что и старшие братья.

—  Ты не лучше своих братьев, — закричал отец па младшего сына и прогнал его.

Но младший сын настаивал, и отец рассказал ему о своем го­ре. Тогда младший сын спросил у отца:

—   Есть ли у тебя конь, есть ли у тебя оружие, чтобы опо­ясаться, дада?

Отец достал из сундука оружие, передал сыну и сказал:

—   Вон под тем холмом стоит конь. Имей в виду: он бросится на тебя, чтобы убить. Не успеет он выскочить из-под холма, стать на дыбы, как ты должен его взнуздать, оседлать и сесть на него.

Как отец и говорил, из-под холма выскочил конь и бросился на младшего сына. Но тот накинул на него уздечку, оседлал и вскочил в седло. Тогда младший сын спросил отца:

—  Дада, что ты делал, когда отправлялся в путь?

—  Когда я отправлялся в путь, я делал три круга вокруг до­ма и перескакивал на коне через ограду, — сказал отец.

Отец дал младшему сыну печатку с пальца, чтобы по ней его узнал Гамбур.

Взял младший сын печатку, надел ее на палец, сделал вокруг дома три круга, перескочил на коне через ограду и отправился в путь.

Дорогу, которую Гамбур и Байбур одолевали за три месяца, младший сын Байбура одолел за месяц. Подъехал он к селу, при­шел на пхохане и спросил, где живет Гамбур. И поехал сын Байбура к башням, на которые указали ему люди. Гамбур выгля­нул в окно и сказал:

—  Если ты прибыл за плохим, достанется оно тебе. Если при­был за хорошим, да не лишишься ты его!

— Я прибыл с хорошим намерением, я сын твоего друга Бай­бура — Баймурза. — И юноша протянул в окно руку с печаткой на пальце.

Увидя па пальце печатку Байбура, Гамбур вспомнил с лю­бовью своего друга, прижал руку Баймурзы к сердцу. Затем он поспешил к Баймурзе, ввел в дом сына своего друга, обо всем его расспросил. Зарезал барана усадил гостя за стол. И Баймурза за столом спросил Тамбура:

—  У тебя нет дочери или сына?

Гамбур ответил, что у него нет ни дочери, ни сына. После обе­да Баймурза решил прогуляться по селу и попросил дать прово­жатого. Гамбур пригласил своего соседа. Когда Баймурза и сосед вышли, тот рассказал, что у Гамбура были семь сыновей и одна дочь и эту дочь похитил нарт-орстохоец Асран, а братья поехали за сестрой и погибли.

—  Мы не будем больше ходить по селу. Прошу тебя, никому не говори о том, что ты мне рассказал, — сказал Баймурза.

И они разошлись.

Приходит Баймурза к Тамбуру и говорит:

—  Я за всю жизнь ни разу не спал в комнате, постели мне

во дворе.

Постелили ему во дворе. А посреди ночи Баймурза встал, оседлал коня и тайно от Тамбура поехал в горы к нарт-орстхой-цу Асрану.

Через семь дней и семь ночей он прибыл в горы, где стоял желтый дым от цигарки одноглазого нарт-орстхойца, пасшего отары овец.

—  Ассалам-алейкум! Да не будет приплода твоим овцам, зл-дей! — обратился Баймурза к нарт-орстхойцу Асрану.

—  Ва алейкум-салам!  Люди желают приплода моим  овцам, а ты почему не желаешь? —спросил Асран.

—  Я говорю это потому, что не желаю приплода твоим овцам. Скажи мне, где ты держишь своих овец? Где твое жилище?

—  Я держу своих овец в таком-то месте. Там и мое жилище. Но сейчас я не могу вернуться с овцами. А ты пойди, но тебя мо­гут не впустить мои собаки. Вот этой шапкой отпугнешь их. — И Асран бросил Баймурзе свою шапку.

—  Я не ребенок, чтобы таскаться о твоей шапкой! —      Бай-мурза пинком отбросил шапку Асрана.

Когда Баймурза направился к его жилищу, варт-орстхоец сказал:

—  Сорви во дворе с яблони яблоко и съешь его. Возьми топор и наруби дров. Выпусти из вагона десять баранов. Наполни котел водой. Приготовь кукурузной муки. Пойди в лес и наруби сухих дров для растопки.

Ни один из семерых братьев — сыновей Тамбура — эти пору­чения не смог выполнить.

Только Баймурза пришел во двор нарт-орстхойца, как на него бросились семь собак, которых он убил ударами шашки. Баймурза потряс яблоню, вырвал ее с корнями из земли, нарубил дров. Принес в котле воды и.поставил его на очаг. Взял со стены дечиг-пандар и долго играл на нем, а затем расколол его на щенки и разжег ими огонь. Потом отодвинул от входа в загоны огромную скалу,   вывел   баранов,    зарезал    их   и   мясо    бросил   в   котел.

В это время возвратился нарт-орстхоец и злобно спресил у Баймурзы:

—  Ты почему убил моих собак?

—  А что ж, я дал бы им разорвать себя? — спросил Баймурза.

— Ты играл на дечиг-пандаре, но почему сломал его? — спросил Асран.

—  А что ж, я должен был, как женщина, собирать щепки для

растопки? — спросил Баймурза.

—  Воды ты принес?

—  Да, принес.

—  Куда дел десять баранов?

—  Я их зарезал, и мясо варится в котле, — ответил Баймурза.

Нарт-орстхоец не осмелился драться с Баймурзой и вышел. Баймурза съел мясо десяти баранов и лег отдыхать. Когда он ус­нул, вошел нарт-орстхоец и стал варить себе кашу. Когда каша сварилась,  Баймурза проснулся,  выгнал  нарт-орстхойца и съел

всю кашу.

— Лучше умереть сейчас, чем умереть от голода и жить в страхе. Мы должны драться, — сказал Асран Баймурзе.

— Хорошо, будем драться, — сказал Ваймурза, схватил нарт-орстхойца и всадил его по колена в землю.

1