Овдилг

Жил-был один старик. У него было три сына. Когда сыновья подросли, старик тяжело заболел. Умирая, он завещал сыновьям:

—  За три дня до болезни я видел ,во сне большое диво. Бо­юсь, что после смерти оно будет меня беспокоить. Поэтому про­шу вас первые три ночи сторожить мою могилу.

Дав сыновьям наказ, старик умер. Сыновья устроили большой тязет и похоронили отца.

В первую ночь жребий идти сторожить могилу отца выпал старшему.    Старший    струсил    и    ласково    попросил    младшего

брата:

—  Пойди, пожалуйста, вместо меня, а я пойду вместо тебя. Самого младшего братья и все люди прозвали Овдилг. Овдилг подумал: «Какая разница, в какой день идти, один раз

все равно надо, а сейчас сделаю брату доброе дело. Что будет, то

будет».

Вечером младший сын пришел на могилу отца. Посреди ночи прибежал красный жеребец, подобный барсу, — только земля дро­жит, из глаз синие искры сыплются, дым столбом валит. Прыгнул конь па могилу отца и копытами начал разгребать землю. Вце­пился Овдилг в коня и только успел сесть на него, как конь под­нял его до семи небес и опустил вниз под седьмую землю. Загово­рил тогда конь человеческим языком:

—  Сын суки, сын мухи, слезай с меня!

—  Я не сын суки, не сын мухи, а с сегодняшнего дня твой хозяин, — промолвил Овдилг.

Коню ничего не оставалось делать, как признать Овдилга xозяином.

—  Вырви из моей гривы волос и, когда я понадоблюсь тебе, сожги  его — я приду к тебе  на  помощь, — проговорил  красный конь и исчез.

Овдилг спрятал конский волос в карман, а рано утром пришел домой. Старший брат стал расспрашивать:

—  Как ты провел ночь? Что видел?

—  Кроме волчьей ночи,  ничего не было, — ответил Овдилг.

—  А где волк? Что за волк? — испугался и хотел бежать стар­ший брат.

—  Я говорю, что ночь была холодная и темная, — ответил Ов­дилг, успокаивая его.

На второй день средний сын должен был идти сторожить мо­гилу отца.

—  Эй, Овдилг, пойди вместо меня, а я хочу пойти на базар в соседнее село. Пойди, пожалуйста, а за это я привезу тебе куку­рузной муки.

—  Хорошо, я пойду сторожить вместо тебя, — сказал младший брат, а про себя подумал: «Все-таки он старше меня. Может быть, и на этот раз появится на могиле отца какое-нибудь диво».

Как и в первую ночь, прибежал белый конь, подобный бар­су, — только земля дрожит, из глаз синие искры сыплются, из ноздрей дым столбом. Вцепился и на этот раз Овдилг в коня. И толь­ко успел сесть на него, как конь стал то поднимать его в небеса, то опускать к земле, то мчать по морям. Заговорил конь челове­ческим языком:

—  Сын суки, сын мухи, слезай с меня!

—  Я буду сыном суки и сыном мухи, если отпущу тебя. Ты пригодишься мне.

—   Делать нечего, я должен подчиниться храброму канту, ко­торый одолел меня. Вырви из моей гривы волос. Как только сож­жешь его, я сейчас же предстану перед тобой, — проговорил белый конь, подобный барсу, и исчез.

Овдилг спрятал конский волос в карман и пришел утром домой.

—  Как ты провел ночь? Что видел? — спросил средний, сын.

—   Кроме   волчьей   ночи,   ничего   не   было, — ответил   Овдилг.

—  Что за волк? Где он? — закричал средний брат и бросился бежать.

—  Ай, я говорю, что ночь была холодная и темная, но я-то знаю, ты сильнее волка.

На третий день младший брат должен был сам караулить мо­гилу отца. Ни старший, ни средний не хотели идти вместо него и лишь посмеивались над ним:

—  Сегодня ты должен -идти сам за себя!

«Вы смейтесь, смейтесь, но будет дело, если мне снова попа­дется конь», — думал про себя Овдилг.

В третью ночь светила луна и небо было звездное. Внезапно

прибежал черный конь, подобный барсуг— только земля дрожит, из очей синие искры сыплются, из ноздрей дым столбом. И стал конь копытами разгребать землю. В третий раз вцепился Овдилг в коня. Только успел одной рукой ухватиться за его гриву, а вто­рой обвязать себя хвостом, как конь поднял его выше солнца, но-сил его целый день и ночь по морям и горам. Пот скакуна пре­вращался в море, и ему ничего не оставалось, как остановиться:

—  Сын суки, сын мухи, а ну слезай с меня!

—   Я буду сыном суки и сыном мухи, если слезу с тебя! Ты мне еще пригодишься, — сказал Овдилг.

—   Мне ничего не остается делать, лишь только сослужить те­бе службу. Вырви из моей гривы волос. Если я понадоблюсь тебе, сожги его, и в ту же минуту я буду рядом с тобой, — проговорил конь и исчез.

Овдилг спрятал конский волос в карман и рано утром при­шел домой.

Недалеко от братьев жил князь. У пего было шесть дочерей. А три сестры были незамужние. Среди них самой красивой была младшая, Харсен Нарс — с золотой головой и серебряными руками.

Созвал князь людей и говорит:

—   Выросли мои дочери, и пришло время выдать их замуж. Построил я для них башни с тройными оградами. Вершины этих башен достигают облаков, а основания упираются в землю. Кто на коне допрыгнет до дочерей, за того и выдам их замуж.

У старших братьев коней не было — только два быка. Сели они на быков и отправились в путь. Младший брат стал их умолять:

—  Долгой жизни вам, братья!  Взяли бы меня с собой, коли не добьюсь дочери князя, то хоть на людей посмотрю.

—  Пошел вон, плешивый! Лучше в золе возись, на большее ты не способен, — сказали братья и тронулись в путь.

«Хорошо, тогда докажу вам, какой я дурак!» —решил Овдилг, достал из кармана волос красного коня, подобного барсу, и под­жег его.

Не успел Овдилг и глазом моргнуть, как конь предстал перед ним; на его спине были одежды для всадника. Овдилг сбросил с себя лохмотья, оделся в одежды из красного шелка и отправился следом за братьями, чтобы добыть себе невесту. В пути он догнал братьев.

—  Ассалам-алейкум, всадники на быках! Далеко путь держи­те? — спросил Овдилг.

—   Ва алейкум-салам, всадник на, коне! Едем мы во двор князя добыть себе в жены его дочерей, — ответили старшие братья, не узнавшие Овдилга.

У князя во дворе собралось много людей. Здесь были извест­ные во всем крае храбрецы и все, кто хотел добиться руки доче­ри князя. Старшая дочь сидела у окна башни. Никто не мог до­прыгнуть на коне до нее. Тогда Овдилг пришпорил коня, разру­шил тройные фарфоровые ограждения и подскакал к башне, в которой сидела дочь князя. Вершина башни упиралась в облака, а основание — в землю. Допрыгнул он па копе до окна башни и воскликнул:

—  Пусть я буду счастлив с тобой, а ты — со мной!

Усадил он девушку впереди себя и поскакал домой. Никто не мог заметить, в каком направлении он скрылся. Дома Овдилг от­пустил коня, а девушку спрятал в кадушку, стоявшую за дверью. Сам же принялся возиться в золе.

1