Утром юноша оседлал всех коней, и охотники продолжали путь. Снова ехали целый день и к вечеру приехали ко второму шалашу.
Спешились, расседлали коней. Спутники вновь сказали юноше:
— Уже темнеет. Пойди в лес, добудь чего-нибудь на ужин, поедим и отдохнем.
Пошел Асланмиз в лес, убил козу, принес ее, освежевал, изжарил мясо на огне.
И в этот раз сели охотники одни, поели, но не сказали юноше: «Садись с нами», а без приглашения он не стал есть.
После ужина охотники пошли в шалаш и легли спать, юноше не сказали: «Ложись с нами», а без приглашения он сам не пошел.
На другое утро Асланмиз оседлал всех коней, и они снова выехали в путь. И на этот раз ехали целый день, а к вечеру приехали к охотничьему шалашу.
Спешились, расседлали коней. Спутники опять сказали юноше:
— Уже темнеет. Пойди в лес, добудь чего-нибудь на ужин, поедим и отдохнем.
Пошел парень в лес, убил козу, принес ее, освежевал, изжарил мясо на огне.
Сели охотники, поели, а юноше и на этот раз не сказали: "Поешь с нами!"После ужина охотники пошли в шалаш и легли спать, в третий раз не пригласив юношу.
Сидит Асланмиз у костра, думает: "Что за люди, с которыми я еду? За три дня ни разу не сказали мне: "Поешь или «Отдохни , Как только они заснут, войду в шалаш и узнаю, кто они такие».
Когда прошло некоторое время, Асланмиз вошел в шалаш и стал ощупывать крайнего охотника. Он нащупал женскую грудь. Тут женщина схватила его за руки и переломила ему мизинец.
На другое утро охотники встали, и один из них стал седлать коней.
— Что ты делаешь, разве ты хагрей?*, — удивились другие.
— Парень уже узнал, что мы женщины, теперь нам надо возвращаться назад, — ответила та, которая ночью переломила палец джигиту.
Теперь юноша ехал в середине, а девушка, которой он коснулся ночью, поехала слева — теперь она, как младшая, должна была обслуживать своих спутников.
Когда вечером сделали привал на обратном пути, девушка пошла в лес, добыла козу, приготовила ужин. Юноше отдавали лучшие куски мяса, в знак уважения в его присутствии не садились..
На четвертый день приехали домой, и девушки рассказали старушке матери обо всем, что произошло с ними в пути.
Старушка отдала младшую дочь в жены юноше и сказала ему:
— Ты помнишь, когда ты был молод и жил у своей матери, мимо вашего двора каждое утро проезжали три всадника и приглашали тебя на охоту — это были мои дочери. Золотая коза, за которой ты погнался, моя старшая дочь, которая владеет даром волшебства. Предводитель войска, которого ты видел, — я. С тобой сражалась и привезла тебя сюда моя старшая дочь. Уже много лет мы следим за тобой. Усареж* сказал нам, что только ты можешь одолеть нашего врага — иныжа, от руки которого погибли Мой муж и сыновья. Он похитил дочь моей сестры и сделал ее своей унауткой. Мои дочери, с которыми ты ездил, много раз отправлялись в поход, чтобы уничтожить иныжа, но не могли с ним справиться. Он погибнет лишь в том случае, если его удастся ослепить, и только твоим мечом. Вот почему мы так долго следили за тобой — помоги нам отомстить за нашу кровь. Завтра вы должны выехать на рассвете, чтобы приехать к обеду — в это время иныж спит. Когда въедете в его двор, увидите там женщину — это дочь моей сестры. Ни она, ни иныж не узнают тебя — узнает конь иныжа, который стоит в медной конюшне, он и разбудит хозяина. Но прежде чем иныж выйдет из дому, схвати девушку и скачи со двора.
Иныж погонится за тобой и догонит тебя: он предложит тебе сразиться. Вот тебе стрела с раздвоенным наконечником — постарайся попасть ему в глаза, и он будет повержен, — закончила старуха.
Взял джигит стрелу с раздвоенным наконечником и вместе с дочерьми старухи выехал в путь.
Когда они приблизились к аулу, где жил враг, Асланмиз оставил старшую дочь старухи у околицы, а сам въехал в аул.
Почуял конь иныжа, что приехал джигит, стал метаться в медной конюшне, громко заржал. Тем временем Асланмиз схватил девушку, стоявшую во дворе, посадил ее на коня и поскакал. Когда он достиг околицы, то отдал ее старшей дочери старухи. В это время его нагнал иныж, и они схватились. Решили сражаться стрелами — отмерили тридцать шагов, приготовились к бою.
— Стреляй, — сказал иныж.
— Я стрелять не буду, это ты выехал сражаться со мной. Отдаю тебе право стрелять первым, — ответил джигит.
Испугался иныж, но не подал виду:
— Ну что ж, раз уступаешь, я буду стрелять первым. Держи большой палец на лбу, — сказал иныж.
Асланмиз поставил большой палец на лоб. Иныж выстрелил и легко ранил его.
— Теперь моя очередь стрелять. Поставь большой палец на лоб, — сказал юноша.
Иныж поставил палец на лоб, Асланмиз хорошенько прицелился и выпустил стрелу с раздвоенным наконечником. Концы стрелы вонзились в глаза иныжа. В тот же миг джигит вскочил на своего коня, подлетел к иныжу и ударил его изо всех сил мечом. Он разрубил его кольчугу, но не коснулся его тела. Теперь иныж схватил коня джигита за хвост и не отпускал. Тогда джигит соскочил с коня и стал биться мечом. В конце концов иныж упал замертво. Асланмиз снес ему голову, привязал к седлу, наполнил кровью великана сулук и тоже привязал его к седлу.
Вернулся он к старухе — выбежала она ему навстречу, взяла сулук и выпила всю кровь. Потом взяла голову иныжа и, зажарив ее, съела.
— Ох-ох, стало легче у меня на душе, — сказала она. Приехали они во двор иныжа и забрали все золото и другиеего богатства.
Однажды ночью юноша лег спать и тяжело вздохнул.
— Что огорчает тебя? — спросила его жена.
— У меня еще есть жена, но она уже давно не знает, где я и что со мной. Это меня и печалит.
— Очень хорошо, что у тебя еще есть жена, надо ее найти. Утром женщина рассказала матери о том, что беспокоит еемужа. Та сказала:
— Надо вам ехать к первой жене. | 
4
