— Что это значит?
— Прошу тебя, хан, скажи мне, кто этот юноша? — ответила та вопросом на вопрос.
— А почему ты спрашиваешь, гуаша, кто этот юноша?
— Ты даже не замечаешь, хан, что воздаешь ему почести — встаешь при его появлении. Это — верный знак, что юный джигит погубит тебя.
Слова гуаши запали в душу Тохтамыш-хана. Ничего не ответил он, а про себя подумал: «Я могу погибнуть лишь от руки того, чей род я уничтожил. Надо узнать, не принадлежит ли юноша к такому роду».
Хан приказал собрать мудрецов аула. Думали они думали и решили: наварить побольше крепкой махсымы и устроить пир. Так и сделали. Тохтамыш-хан назначил Эдиджа виночерпием — стоит юноша у огромной кадки посреди двора и разливает мах-сыму. А подданные Тохтамыша пристально его разглядывают, чтобы узнать, какого он рода. Так продолжалось долго, но никто не смог ответить на вопрос хана. Тут один старик и говорит другому:
— На берегу реки Кумы живет самый мудрый в Кабарде старец. Ему уже сто десять лет, он все знает. Только он сможет сказать, из какого рода этот юноша.
Долго ли распространиться вести — дошел разговор стариков до Тохтамыш-хана. И велел хан срочно привезти мудреца. Узнал о разговоре стариков и Эдидж и понял, что задумал Тохтамыш. Эдидж шепнул своим всадникам:
— Держите наших коней отдельно от коней хана, и пусть они будут наготове. А у коней хана подрежьте подпруги.
Вскоре привезли в аул старого мудреца, и Тохтамыш вместе с ним подошел к Эдиджу:
— Ну-ка, Эдидж, угости своей крепкой махсымой самого старшего в нашем краю!
И бровью не повел Эдидж, не подал виду, что догадался, зачем привезли мудреца. Наполнил хмельной махсымой чашу и поднес ее старейшему. Пьет мудрец махсыму, а сам пристально вглядывается в Эдиджа.
Осушил старик чашу до дна, произнес здравицу в честь хана, а закончил ее так:
— И там стоит, и здесь стоит, лицом он похож на Балкия, а волосом на Кутлина.
И понял хан, что Эдидж — тот, кого он искал. Мгновенно приказал хан своим воинам:
— Эдидж — тот, кого я ищу столько лет, хватайте его!
А мудрец, выполнив свой долг перед ханом, шепнул Эдиджу, желая спасти прекрасного юношу:
— Обнажи меч, сынок, вскочи на кадку и начинай биться, не то пропадешь.
В тот же миг выхватил Эдидж свой сверкающий меч, одним ударом убил Тохтамыша и, расчищая себе дорогу, побежал к ограде. Только перемахнул он через забор — увидел своих воинов. В тот же миг вскочил на коня Эдидж, и поскакали они во весь опор.
Воины Тохтамыш-хана хотели устремиться в погоню, вскочили на своих коней, но подрезанные подпруги порвались, а всадники свалились с седел и никуда не поехали.
Вернулся Эдидж вместе со своими воинами к Сантемир-хану. Не успели они даже спешиться, как узнали, что на аул напали враги и похитили дочь Сантемира. Хан вызвал Эдиджа и говорит:
— Враги застигли нас врасплох. Наша охрана убита, меня связали, а мою дочь схватили и увезли. Я только успел крикнуть ей, что ты освободишь ее.
Эдидж пообещал хану вернуть дочь, и воины, не расседлывая коней, снова отправились в путь.
Долго ли скакали они, коротко ли, а только увидели наконец у дороги костер, оставленный врагами, — в нем еще тлели угли. Вокруг валялись остатки обеда, обглоданные кости.
У кабардинцев был в старину обычай — гадать по бараньей лопатке. Возьмет мудрец кость, посмотрит в нее на свет и увидит все, что хочет узнать.
Взял Эдидж баранью лопатку, посмотрел и видит: враги остановились на привал и обедают. И тут же увидел, что у врага есть свой мудрец, который умеет гадать по лопатке. Значит, они уже знают, что скачет погоня. Как тут быть? Велел Эдидж своим воинам вылить всю воду, что была в их сулуках. Вылили они воду — образовалась речка. Тогда Эдидж приказал повернуть седла задом наперед, сесть на коней и сделать вид, будто они переправляются через речку. Так и сделали.
Посмотрел мудрец Тохтамыша в лопатку и увидел, что воины Эдиджа повернули обратно.
— Давайте отдохнем, погоня повернула назад, — сказал мудрец. Они хорошенько отдохнули, не спеша тронулись в путь. Медленно ехали они по пустыне, и люди и кони страдали от нестерпимой жары и жажды. А когда достигли леса, кони стали щипать зеленую траву, а потом направились на водопой.
Тем временем Эдидж, обманув вражеское войско, обратился к своим всадникам:
— Я пойду к нашим врагам и стану у них поваром, а вы идите за мной на расстоянии. После привала я буду оставлять под кустом кусок мяса, — значит, все в порядке. Но если вы не найдете мяса, спешите на помощь. Подъезжайте совсем близко и разводите костер — я буду знать, что вы рядом.
И Эдидж поскакал за воинами Тохтамыша, догнал их и попросил, чтобы его взяли поваром. Некоторые не хотели принимать его, но Эдидж настоял, чтобы его отвели к предводителю.
— Я мог бы разделаться с теми, кто задержал меня, — сказал он. — Но я воин и подчиняюсь порядку — вот и попросил отвести меня к тебе. Мне нужно проехать вперед, разреши мне, ведь вас целое войско, а я один: разве может целое войско испугаться одного мальчишки? Я — маленький человек и делаю только то, что мне приказано. Пропусти, а если ты в чем-то сомневаешься, дай мне любое испытание!
Предводителю понравился статный юноша, его хорошие манеры и мудрые слова. И хотя мудрец Тохтамыша шепнул ему: «Сдается мне, будто именно этого молодца видел я, когда он переправлялся через речку, мой господин!» — предводитель словно не слышал и продолжал разговор с Эдиджем:
— И я, славный юноша, тоже делаю только то, что мне прикажут. Но я не хочу, чтобы ты приехал в наше ханство прежде меня. Лучше, если бы ты сейчас вернулся обратно и приехал к нам через неделю!
Ни слова не возразил Эдидж — только сильно задумался. Опять обратился к нему предводитель войска: | 
2
