Когда умер Мастер Банкей, один слепец, живший рядом с храмом, рассказывал своему другу: — Из-за того, что я слеп, я не могу наблюдать за лицом человека, поэтому я сужу о нём по звуку его голоса. Обычно, когда я слышу, как кто-то поздравляет другого с его успехами или счастьем, я слышу также тайный голос зависти. Когда выражается соболезнование о несчастье другого, я слышу удовольствие и удовлетворение, как будто соболезнующий на самом деле доволен, будто в своем собственном мире он остаётся в выигрыше. Однако, несмотря на весь мой опыт, в голосе Банкея я слышал одну только искренность. Когда он выражал счастье, я не слышал в его голосе ничего, кроме счастья; когда он выражал печаль — единственное, что я слышал, была печаль.
